– Боюсь, моя сила и сейчас в том же неутешительном состоянии, – пожаловалась я.
– Уверена? – Агата смерила меня хитрым взглядом. – А как ты объяснишь свою необыкновенную способность общаться с окружающими и получать от них поддержку и помощь?
– Разве это способность… – попыталась спорить я, но собеседница была неумолима.
– Еще какая. Воздух, вода, земля и огонь – то, к чему ты привыкла. Силы этих стихий встречаются чаще всего, но есть и иные, особые, редкие. Те, кто обладает ими, отмечены самой триединой.
– Я точно не отмечена, – тут же открестилась я.
Нет! Ну правда? Какая из меня «отмеченная»? Я и копеечного чуда за жизнь не совершила…
– Ты когда-нибудь слышала о чувственных ведьмах?
– Нет. А такие бывают?
– Да. Одна из самых могущественных колдовских сил – власть над чувствами и эмоциями людей. Разве ты не замечала, как легко сходятся с тобой люди? Как быстро начинают доверять тебе и выполнять твои просьбы?
– Да… но…
Я пораженно почесала висок. Да. Было такое. Ада, сестра, девочки из «Лорда Бекона», бесконечные недовольные клиенты, которые, стоило мне только подойти, тут же становились шелковыми… Неужели это правда?
– Да, – словно прочитав мои мысли, произнесла «демоница». – Ты – чувственная ведьма. Это твоя основная сила, но ты, если хочешь выжить и победить, должна пробудить еще две.
И вот тут накрывшая меня на миг эйфория радости отхлынула, как волна. Еще две стихии. Где я их возьму? Если на чувственную магию намек действительно был, то остальное…
– Я верю в тебя. Ты сможешь! – уверенно сказала Агата. – Или умрешь. И не только ты – остальные избранницы тоже. Они ведь небезразличны тебе?
– Нет, – я попыталась взять себя в руки. – Агата, послушайте, вы должны рассказать мне все о ритуале и дать инструкции насчет того, как действовать.
– Первое – ты должна пробудить все три стихии. Второе – ты должна стать истинной избранницей Ранхорна. Третье – ты должна сделать так, чтобы во время ритуала были сохранены жизни всех остальных девушек. Используй для этого чувственную магию. Перед тем, как босс изберет тебя и ты возляжешь с ним, избранных ведьм передадут в руки палачам. Это будут демоны, которым Ранхорн особенно сильно доверяет, выясни их имена и сломи их волю. Узнать их ты сможешь по особым меткам. Не упусти момент!
– Но…
– Никаких «но», дорогая. Если хочешь выжить, борись. И последнее – самое главное – если у тебя все получится, и ты поглотишь силу босса, оставшись в теле, тебе придется занять его место.
– Это как? – я испуганно взглянула на Агату. Да что она говорит такое?
– Ты получишь власть над всеми ведьмами и демонами Лилитауна. Вот так.
***
Сама не своя, я выскользнула из раздевалки и пару секунд наблюдала эффект замирания времени, созданный, по всей видимости, Агатой.
Передо мной стоял Самуил с ворохом платьев и занесенной в воздух ногой…
– Тьма изначальная! Хелен! – он наткнулся на меня, уронив одежду на пол. – Разве можно так вылетать из ниоткуда, да еще и без предупреждения?
– Я вспомнила, какое платье приглядела еще тогда… при первом нашем походе в магазин, – затараторила я, отвлекая внимание, и первая бросилась подбирать с пола рассыпанные шмотки. – Такое красивое платье. Очень классное…
– Знаю я эти классные платья, – обиженно нахмурился стилист, – посмотрю, ладно уж, убедила, но сначала придется померить то, что выбрал я.
Я не стала спорить. Вернувшись в кабинку, поняла, что Агаты там уже нет. От этого стало не по себе. Вдруг мне на нервяке просто все почудилось? И нет никакого спасения на самом деле…
После примерки с Самуилом даже не спорила. Он отобрал для меня вызывающее платье кричаще-алого цвета – без разницы уже! Однако, подумав, что моя сговорчивость вызовет лишние подозрения, я все же для порядка немного повозмущалась.
Когда с покупками было покончено, Самуил проводил нас с Блеквис к машине и помог погрузить пакеты. Он все еще находился под гипнозом Агаты – я распознала это по тусклым глазам с поволокой и какой-то общей заторможенности.
На последнем пакете стилиста вдруг резко отпустило. Я даже испугалась, глянув ему в лицо. С жутким видом он таращился то на меня, то на пакет.
– Хелен, как же это… – он начал вытягивать наружу мою ярко-красную тряпку. – Это что, подмена? Я бы такого в жизни не выбрал!
– Выбрал. Сам, между прочим, – едва сдержав смех, с серьезным видом ответила я.
– Но…
– Хватит уже, – оттер стилиста один из конвоиров. – будем еще тут с тряпьем возиться.
Он бросил Самуилу что-то еще, втолкнув меня в салон, запрыгнул следом и велел водителю:
– Трогай!
На обратном пути нас сопровождала лишь пара охранников. Не самых расторопных, надо сказать. Мы с Блеквис сели рядом и даже сумели перекинуться парой-тройкой фраз ни о чем.
– Куда это нас везут? – шепнула она, когда автомобиль свернул в темный переулок. – Сюда не так ехали.
– Может, короткий путь? – предположила я, чувствуя, как в душе зреет тревога. – Или пробки…
Машина проехала пару километров, углубившись в один из весьма неблагополучных районов, что заканчивался большим пустырем. Тусклые фонари, что до этого освещали разбитую дорогу, исчезли совсем, погрузив мир во тьму.
– Эй, Тар, куда ты свернул? Что за дрянная дорога? – разделил наши сомнения один из демонов.
– На заправку заехать хочу, – ответил водитель. – Это тут, рядом. Минута пути.
– Ладно, – второй охранник, – если это ненадолго.
– Ненадолго, – успокоил водитель.
Тьма сгустилась. Вскоре из нее выплыла одинокая заправка, окруженная завалом из автолома.
– Я выйду, покурю, – сообщил первый охранник, поспешно покидая салон.
– А я схожу, куплю кофе, – поддержал его второй и, подумав, добавил, – а ты посиди с девицами в машине, Тар.
Все эти действия меня почему-то смутили. Демоны будто сговорились о чем-то, и теперь выполняли какой-то хитрый план. Разгадать его я не могла и решила, как говорится, двинуться напролом.
– Тар, можно обратиться к тебе? – смело окликнула водителя, когда мы остались втроем.
– Да? Ты что-то хотела, ведьма?
– Только спросить, что происходит? Зачем нас привезли сюда?
– Хочешь знать, зачем? – демон коварно посмотрел на меня через зеркало заднего вида. – А вот зачем!
Он дал по газам, и машина рванула прочь от заправки. В реве мотора утонули крики отставших охранников, и наши с Блеквис возмущенные возгласы.
Автомобиль пронесся через пустырь к веренице черных деревьев.