– Доктор, долго ещё это продлиться? Я устала, наверное, с непривычки…
Он посмотрел на меня удивлённо и обеспокоенно.
– Честно говоря, Ева, я удивлён, что ты нашла здесь друзей так быстро. Многим требовалось несколько месяцев, чтобы привыкнуть, а кто-то до сих пор не привык…
Он задумался.
– А тебе понадобился всего один день.
Снова задумался, глядя в мои ответы. И о чём он думает?
– Ну, это хорошо. Значит, не всё потеряно. Ева, расскажешь о своём отце?
Отце? Нет, я не готова сейчас к откровенностям.
– Может, в другой раз? Я правда очень устала. Ваша терминология окончательно истощила мой мозг.
Он ухмыльнулся.
– Ева, я должен понять причину твоего желания умереть…
– Я не хочу умирать.
Не знаю, почему я это сказала. Я часто сначала думаю, а потом говорю, но в этот раз я будто забылась.
– Не хочешь, но делаешь для этого всё возможное. Ты пыталась покончить с собой двадцать, -он искривил бровь в вопросительном движении, – двадцать раз. Что ты чувствовала перед тем, как решалась на такой отчаянный шаг?
– Ничего. Мне просто не хочется видеть то, что я видела перед собой. Мне не смириться, что мама живёт с….
Чуть не сказала ему «с этой свиньёй».
– С мужчиной, который ни мне, ни ей особо не нравится…
– То есть, ты просто хочешь избежать проблем? Думаешь, они уйдут, если ты умрёшь? Если тебя не станет, да, ты не сможешь чувствовать то, что чувствуешь. Все негативные эмоции. Но, ты не сможешь и чувствовать хорошее. Любовь, дружба, радость, счастье-ничего этого не будет.
Он идиот? Конечно я всё это знаю…Что он хочет от меня ещё? Чтобы я выложила ему всю свою душу? Этого он не дождётся.
– Я знаю доктор. Понимаете, любая стрессовая ситуация приводит меня к одному. Я не думаю, когда это делаю. Иногда мне кажется, что я просто не смогу жить без этих постоянных откачиваний, промывания желудка, нотаций матери…
– Вот оно что! Ева, тебе хочется таким образом обратить на себя внимание? Хочется, чтобы за тобой бегали и успокаивали тебя, чтобы нянчились с тобой. Тебе не хватило любви в детстве… Ну ничего, мы справимся с этим. Я дам тебе одну книгу…
Я перебила его
– Доктор, послушайте. Мне хватало любви и внимания. Я обожала своего отца, а он меня, но он умер. Началось всё за долго до его смерти, понимаете. Ещё тогда, когда у меня была прекрасная семья. Я знала, догадывалась, когда подросла, что мама не любит отца, но не обращала на это внимания. Я знала, что папа любит маму, а я люблю своих родителей. Всё было просто прекрасно, но время от времени я хотела умереть. Понимаете? Не в нехватке любви дело!
Я начала волноваться, и почувствовала, как мой голос звучит всё громче и тревожней. Слова начали дрожать и дёргаться.
– Я просто хотела умереть, и хочу сейчас, прямо в эту минуту!
Я закричала и выскочила из кабинета. Самый идиотский доктор, которого я встречала! Что он понимает, что может советовать? Как ему можно доверять свою душу? О же доктор, доктор Гжегож, такой великий и всемогущий, его знает пол России и вся Польша! Но почему он мне не может сказать, что со мной? Как я могу отвечать на его вопросы, если сама не понимаю, что делаю и почему…Я побежала на верх и закрылась в комнате. Мне хотелось тут же что то закинуть в рот, чем то порезать себя, или повесится…Я оглядела комнату…Ну, конечно, никаких острых углов, ни каких крюков, гроздей и прочего. Даже не за что простынь зацепить. Я подошла к зеркалу, со стулом в руках. Только я размахнулась…Якуб…
– Ева?! Что ты делаешь? Успокойся.
Он подошёл ко мне, выхватил стул и потащил меня за собой. В сад. Мы уселись на скамейке и он подкурил мне сигарету.
– Почему ты постоянно подкуриваешь мне? Я что сама не могу? Каждый раз одно и тоже, это начинает раздражать!
– Хорошо, держи.
Он выбросил подкуренную дрянь и дал новую. Я закурила. Сделала пару затяжек. Крепкие. Стало полегче, я успокоилась.
– Что Гжегож тебе такого сказал, что ты как ошпаренная вылетела от него?
Он ещё улыбается! Думаете, это смешно?
– Смеёшься надо мной?
Он покачал головой и сделал серьёзный вид. Глаза такие печальные…Он расстроился, увидев меня такую. Гжегож очень важен для него, он ценит его. В конце концов, он ему как отец.
– Якуб…
Я уткнулась головой в его плечо.
– Что я натворила…Я накричала на Гжегожа…Меня взбесили его вопросы. Он сказал, что мои проблемы из –за того, что мне не хватило любви в детстве…Но это не так. Мои проблемы…Я сама не знаю из-за чего они. Я не знаю, почему так часто хотела умереть. Часто это происходило из-за маминых мужей. Всё новые и новые лица, и каждый раз новый хуже прошлого. Олег окончательно добил меня…Ещё из-за экзаменов, из-за Марии, из-за Антона…
– Ты не рассказывала о нём…
Он спокойно говорил со мной, выдыхая плотные клубы дыма. Наше молчание было весьма долгим. Мы докурили сигареты и ещё немного посидели в тишине, вдыхая аромат роз.
– Я сумасшедшая?
Я прервала молчание первой. Якуб покачал головой и уставился на меня своим улыбчивым взглядом. О, всевышние силы, только не это. Меня забила дрожь…Как же он нравится мне…Это еще одно проявление моей болезни?
– Если ты замечаешь за собой странности, значит не всё потеряно. Ты должна признать, у тебя есть проблемы. Но не воспринимай это как диагноз, или кару. Это проблема, и её можно решить. Не думай, что это какое-то уродство, это вполне нормально, для такой девушки, как ты.
– Такой как я?
Я растерялась. Всё-таки Якуб считает меня сумасшедшей.
– Для девушки, у которой не лёгкая жизнь позади. Но впереди-лишь светлые, долгие годы беззаботной прекрасной…жизни.
Жизнь. Я так часто хотела с ней расстаться… А что в ней прекрасного? Существование без цели и без пользы, во всяком случае для меня. Я не хотела печалить Якуба, глядя в его светящиеся глаза.
– Наверное, мне нужно извиниться перед доктором.
Якуб кивнул.
– Ты иди, а я посижу ещё здесь. Когда закончить дела, приходи. Я подожду тебя.
– Хорошо.
Я улыбнулась ему. Ну зачем же я улыбнулась? Нельзя показывать ему, что он нравится мне, нельзя. Под запретом. Табу. Табу на Якуба и на всё хорошее и счастливое, на всё прекрасное. Табу на жизнь.
Глава 5
Я постучалась к доктору, у него сидел парень. Я узнала его, это был Марк. Он улыбнулся мне и помахал рукой, слегка. Доктор пригласил меня.
– Марк, всё отлично, показатели хорошие. Если хочешь, можем поговорить ещё, но позже.