— Конечно, — одновременно кивнули, подходя к вольеру, в котором находился мой несчастный щенок.
Сегодня дворняга выглядела еще хуже, чем когда я нашла её между дверями подъезда.
— А имя ему дали? — вдруг поинтересовалась Лена.
— Нет, — пожала плечами, кидая в Митю вопросительный взгляд.
— Мы назовем его Воин, — предложил, глядя на меня полными глазами любви. — Потому что он сильный. Выкарабкается.
— Воин… Мне нравится, — уголки губ расползлись под натиском счастливой благодарной улыбки. — Я люблю тебя, Митя… — произнесла беззвучно, на миллион процентов уверенная, что он расслышал.
Глава 36
Мы сидели на подоконнике в моем подъезде, никак не желая прощаться.
— Наверное, до конца недели придется прогуливать школу. — задумчиво произнес Митя, покусывая нижнюю губу.
— Почему?!
— Буду работать на заправке.
— Думала, ты решил взяться за голову и исправить оценки…
— Я тоже так думал, но кому-то надо зарабатывать деньги. — сказал с такой легкостью, что у меня защемило в груди.
— Погоди, но… — я подскочила, правда, почти сразу уселась на место, — Так не должно быть! Объясни маме, какое сейчас важное время! Если немного подтянешься — сможешь поступить на бюджет! Ну, же, Мить, я в тебя верю… — крепко сжала его ладонь.
Любимый вздохнул.
— Хоть кто-то в меня верит. — его улыбка осветила мрачный подъезд.
Дверь хлопнула. Мы оба обернулись, сталкиваясь взглядом с Лешкой. Поморщившись, брат нехотя затормозил, засовывая руки в карманы нового пуховика. Не знала, что они с мамой ездили за обновкой.
— Ну, привет, голубки! — выдал с какой-то новой ехидной интонацией в голосе.
Проигнорировав недружелюбный взгляд, Дима первый протянул моему родственнику руку. Поколебавшись, он все-таки ее пожал.
— Ладно, Роз, мне пора! — любимый поднялся, по-хозяйски приобнимая за талию.
— Счастливо оставаться! — брат холодно бросил, поспешив по ступеням вверх.
— Кажется, он не в восторге от нашего союза. — прошептал Митя, бережно укладывая мне за ухо выбившуюся прядь волос.
— Не обращай внимания. Он вообще очень изменился после переезда в Москву. — неуверенно пожала плечами, утопая в лазури его красивых глаз.
— Хотел, чтобы ты встречалась с Азатом?!
— Возможно. У наших родителей любовь-морковь. Ну, а Азат что-то вроде его старшего товарища. Хотя, не могу утверждать точно. В последнее время Лешка вообще редко появляется дома. Говорит, играет в приставку у какого-то одноклассника. Мальчик вырос… — затаила дыхание, стоило Мите крепче прижать меня к себе.
— Не волнуйся, у всех подростков рано или поздно срывает крышу. Хорошо, что ты не видела меня в пятнадцать лет… — Дима соблазнительно подмигнул, — Перебесится твой Лёшка! А Артак хороший мужик! Каждый год на окончание школы раздает нам карты с бесплатными обедами в его кафе. Пару раз мы с Богданом сидели вообще без гроша: тогда они нас очень выручали! — любимый усмехнулся, на что я еле сдержала отчаянный вздох.
Какие бы непростые времена пережила наша семья после закрытия маминого кафе, у нас всегда имелись деньги на самое необходимое. Да, мы жили скромно, откладывая на поступление в ВУЗ, если вдруг кто-то не сможет поступить на бюджет, но мы никогда не голодали…
Я поражалась, насколько спокойно, без ненависти и упреков, Митя говорил об этом. Откуда в этот парне, выросшем в не самой благополучной семье без отца, столько мужества и человечности?! С каждой минутой мое сердце лишь сильнее преисполнялось уважения и любви.
Мой Митя. Мой Воин.
— Я не хочу, чтобы ты шел в армию. Поверь, можно учиться и работать одновременно. Или перевестись на заочку на худой конец. Я помогу тебе подготовиться и поступить. Давай попробуем?! — вцепилась пальцами в ворот его поношенной кожаной куртки, прожигая умоляющим взглядом.
— Роза, я…
— Я в тебя верю!
Митя замолчал. Однако от взгляда, которым он на меня смотрел, сердце забилось сильнее.
— Господи, Роз, что ты со мной делаешь?! — крепче обняв, он поцеловал меня в лоб.
— Хочу, чтобы ты был счастлив. Со мной. — пробормотала, ощущая, как громко стучат наши сердца.
— Я еще ни разу в жизни не был так счастлив, цветочек. — от его терпкого мужского запаха голова шла кругом, и вновь не было сил разорвать объятия, — Попробую договориться с начальником. Но совсем не работать я не могу… — на прощание он еще долго водил губами по моим губам, отчего ноги сделались ватными.
ВОИН
Конечности отваливались от усталости — зато сегодня повезло на щедрые чаевые. Одна расфуфыренная дамочка, сперва, долго пялилась, а потом вдруг всучила мне косарь. В знак благодарности протер ей фары и лобовое стекло.
Роза не хотела, чтобы я прогуливал школу, поэтому договорился с Аркадичем работать только по выходным. Еще недавно вся эта история с поступлением казалась нереальной и пустой, даже согласившись два раза в неделю посещать бесплатные консультации учительницы физики, в глубине души я не думал, что из этого выйдет что-то путное.
Однако после Розиных слов поддержки у меня выросли крылья. Первый человек, который смотрел на меня с такой искренней уверенностью и теплотой. В этот момент я реально почувствовал, что смогу.
Смогу разорвать порочный круг.
Смогу вырваться из постоянной нищеты.
Смогу стать счастливым.
Вернулся с единственным желанием скорее завалиться в постель, но этому не суждено было случиться.
— Митька, я дома! — радостно заорал Богдан, распахивая дверь.
— Думал, тебя только завтра выписывают! — по-братски сгреб его в охапку.
Черт. За эту неделю в больнице братишка сильно похудел. Его щеки впали, а кожа все еще имела нездоровый вид.
— Мы с мамой решили сделать тебе сюрприз! Айда на кухню! — брат ловко стянул с меня шапку, закинув ее на полку прихожей.
— Мальчики, пирог готов! Пошлите чай пить! — прокричала, высовываясь в коридор.
— Я сплю?! — выгнул бровь, смерив брата шокированным взглядом, — Мать испекла пирог?
— Она пообещала, что завяжет в алкоголем… — шепнул мне на ухо, открывая кухонную дверь.
— Ну, вот, оба моих красавца в сборе! Пробуйте шарлотку! По рецепту, этой, как ее там, Юлии Высоцкой! — она гордо сложила ладони на перепачканном мукой фартуке.
От волнения у меня даже пропал аппетит — наша беспутная мать приготовила шарлотку! Событие по истине планетарного масштаба. Несмотря на то, что яблочный пирог совсем не пропекся, мы с братом умяли всё до последнего кусочка сырого теста. За годы абсолютного равнодушия с ее стороны боялись сказать или сделать что-то не так, лишь изредка обменивались мечтательными взглядами, в надежде, что всё наладится.