Книга Вверх тормашками в наоборот. Книга 3, страница 13. Автор книги Ева Ночь

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Вверх тормашками в наоборот. Книга 3»

Cтраница 13

– Пойдём. Нужно устраиваться, пока не разыгралось.

Лерран кивнул, понимая, что нужно встать. А сам сидел и держал её за плечи. Чувствовал, как голова Леванны касается его колен. И не мог сдвинуться с места.

Глава 7. Буря и шакалы

Леванна Джи

Она чувствовала ужасную слабость и усталость. Шевелиться не хотелось. Так хорошо лежать на Леррановых коленях, ощущать его руки на плечах. Он словно якорь – слишком материальный, приземлённый. Не до примитивизма. И надёжности в нём не так много, а тёмных пятен – предостаточно, но что понимает в этом глупое женское сердце?

Усилием воли поднялась и села. Её качало во все стороны, как быль на ветру. Горло саднило, кожу щипало. Теперь и она оставит куски своей кожи на милость Мёртвых песков.

Лерран сидел безвольно. Эк, как накрыло-то. Леванна Джи чувствовала его растерянность и ступор. Ничего, отойдёт. Так бывает, когда впервые сталкиваешься с неизвестным или непонятным. Мозг не может поверить. Особенно его, такой прямой и рациональный.

Вот же, казалось бы: Зеосс полон чудес, тайн, силищи необыкновенной. Мелкие всплески на виду, к ним привыкаешь как к чему-то обыденному, не обращаешь внимания. Но стоит только выйти за рамки, как тут же появляется неверие. Мозг отказывается принять очевидное.

Леванна Джи порылась в вещах, достала раздвижную трубку. Хорошая штука, придуманная когда-то одной знакомой сайной-изобретателем. Пальцы привычно выдвигают звенья – и вот в руках хорошая труба, что не даст загнуться без кислорода.

Леванна нагревает ладонями верхушку укрытия и, ввинчивая, осторожно вставляет трубу. Лерран напряжённо следит за её действиями, но с места не двигается.

– Давай, поднимайся! – командует она и удовлетворённо замечает, как красавчик сжимает челюсти. – Тяни сюда вещи, будем устраиваться. Надеюсь, ты не хочешь, чтобы тебя Мёртвые пески похоронили заживо?

По его лицу проходит судорога. Она, даже не читая мысли, знает, о чём он сейчас подумал. Но сдаваться не в его правилах. Сильный мальчик.

Он встаёт и подтягивает их нехитрый скарб. Леванна Джи расстилает внутри одеяла, завешивает бугристые стены плащами.

– Раздевайся! – приказ получается хриплым. Она видит, как замирает Лерран и усмехается. – Будет очень жарко, красавчик, если не хочешь умирать от жары, снимай лишнюю одежду.

Она тоже, поколебавшись, раздевается до нижней сорочки. Сейчас не до скромности. Кидает быстрый взгляд на Леррана. О, да. Идеальный торс.

Внутри укрытия очень тесно, но придётся потерпеть. Последней встаёт на место «заслонка». Теперь они отрезаны от мира.

Вскоре начинает завывать ветер. Успели.

Снаружи бушует стихия. Их убежище вскоре закидает песком. Воздух становится горячим. Они сидят, согнувшись в три погибели, прижавшись друг к другу плечами. Она видит, как по его груди стекает пот, как прилипают ко лбу чёрные пряди. Она выглядит намного хуже. Тихо смеётся и вытирает куском ткани лицо.

– Умоюсь заодно, – комментирует, разглядывая тёмные полосы на белом лоскуте. – Ты не пугайся, если я впаду в беспамятство. Слишком много сил потратила.

Лерран кивает, и Леванна Джи облегчённо выдыхает, прикрывая глаза.

Красное мешается с чёрным. Круги плывут, приближаясь, колышутся и тянут за собой; пышут жаром так, что она мечтает выскочить из собственной кожи. Хочет кинуться в засасывающие омуты, что вспыхивают и плавятся, но чьи-то руки удерживают её у края. Крепкие мужские руки.

– Не надо, Вернар! – просит у того, чьё имя стёрлось на дорожных вёрстах. – Время ушло, дожди смыли следы. Из прошлого – только второе имя, которое ты дал, чтобы я выжила!

– Леванна Джи! – она теряется, как заблудшая в диком лесу девочка: это не его голос, но зовёт он правильно, поэтому ей хочется верить. – Открой глаза, Леванна Джи! Открой! Иначе я за себя не ручаюсь!

Сколько властной злости, сколько яростной твёрдости. Крепкие пальцы больно впиваются в плечи. Там, наверное, останутся синяки. Круги отскакивают, как пугливые мерцатели, сжимаются до вращающейся точки. Леванна с трудом разлепляет веки. Жарко. Рубашка прилипла к телу. Блуждающим взглядом наткнулась на твёрдый подбородок.

Лерран. И они пережидают песчаную бурю. Ветер воет в трубе, как голодная нежиль.

– Говорят, в такое время из Мёртвых песков выходят тёмные силы, – голос у неё надтреснутый, в горле царапается сухость. Лерран даёт ей воды. Она делает несколько глотков и морщится. Горячая. Но это лучше, чем ничего. – Я опять напугала тебя, да?

– Нет, – он отпускает её плечи и смотрит в глаза. – Просто показалось, что ты уходишь.

– Да уж, – растягивает губы в улыбке, – остаться в Мёртвых песках одному – та ещё радость. Ничего, самое страшное – позади. Выкарабкаемся.

Он стоит на коленях и смотрит, как она кривляется. По груди его течёт пот – полосами. Тёмная мокрая прядь смешно торчит вверх. Лицо – пятнами от недавних солнечных ожогов и слезшей кожи. Но он всё равно красив: тёмные глаза, прямой нос, идеальные губы: чётко очерченные, обветренные, притягивающие взгляд.

– Мне не страшно, Леванна Джи. Ничего уже не страшно. Я умираю, и ты знаешь об этом. Какая разница, когда и где это случится? Сейчас или днём позже? В пустыне или приюте милосердия? Я лишь не хотел, чтобы и ты ушла на Небесный тракт из-за того, что пыталась спасти нас обоих от песчаной бури. По-моему, слишком высокая плата.

Самое время откровенничать и тратить драгоценный кислород на болтовню. Но в замкнутом пространстве, где жарко как в печи, всякое лезет в голову.

– Всё не так, поверь. И никогда не надо сдаваться. Ты в первый раз упал и сразу поднял лапы кверху? Слишком просто, не находишь?

– Что ты знаешь обо мне, пустынная странница? – цедит Лерран сквозь зубы. – Я в жизни не сделал ничего хорошего. Только брал. И ничего не изменится, поверь, если я выкарабкаюсь. Некому уронить слезу, когда я отправлюсь на Небесный тракт. И это хорошо. Это правильно. Не пытайся меня менять и искать то, чего во мне нет и никогда не будет.

Такой сильный и такой глупый. Уже то, что он говорит об этом, – шаг туда, где начинается другой отсчёт времени. Спорить бесполезно, поэтому она кивает, соглашаясь.

– Как скажешь. Успокойся. Осталось совсем немного меня терпеть. Буря закончится, а там – два-три дня пути и мы выйдем в город. Расстанемся, и каждый пойдёт своей дорогой. Захочешь умереть – умрёшь. Но без меня. Пока ты со мной, будь добр жить и идти вперёд.

Он хотел возразить. Она не дала, слишком резко махнула рукой, призывая к молчанию, и ударила. По лицу. Не удар даже, а так. Лерран не дрогнул, но молниеносно перехватил запястья. Хорошая реакция. Слишком сильные пальцы.

Завозилась, чтобы вырваться, но он лишь крепче сжал руки и дёрнул её на себя, не изменившись в лице.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация