«Просто прими их, и всё, ладно? Это не подкуп, это дар».
«У меня большой соблазн вот это вот всё тебе обратно прислать! — продолжала возмущаться в сообщении она. — Но я не пришлю. Я Вере это всё отложу, на учебу ей будет. А на жизнь я ей как-нибудь заработаю».
— Какая же ты у меня правильная… — прохрипел Тимур, перечитывая сообщение снова и снова.
Отчего-то сразу поверил: так и сделает. Сбережет деньги для дочери.
Четыре года назад Акулов выбрал себе отличную жену — она честная и преданная. И мать прекрасная. Жаль, удержать не смог.
Еще через пару минут от нее пришло новое сообщение:
«Спасибо, Тимур, я не ожидала».
От этого ее «спасибо» на душе вдруг стало легко и приятно, как давно уже не было.
Глава 63
Праздник неожиданно нагрянул
— Значит, договорились, да? — потер ладони Смерч Геннадиевич. — Завтра забираю вас в обед, и едем ко мне на дачу. Там елка, шашлыки, друзей для Веры приедет куча.
— А сколько гостей ты пригласил? — спросила Ангелина, с опаской глядя на шефа поверх монитора компьютера.
Пыталась для себя понять, сильно ей надо волноваться или не очень. Ведь ни с кем из друзей Степанова была еще не знакома, а тут целая толпа.
— Компания годами сплоченная, — усмехнулся он и принялся загибать пальцы: — Стрельниковы с дочкой и сыном, пяти и семи лет. Потом Чижиковы с дочерью, кажется, ей четыре. Еще Воронцовы, у них трое ребят. В общем, взрослых с нами восемь, а детей… попробуй посчитай сама. С каждым годом их число увеличивается.
— Ух! И все разместимся? — Она аж подпрыгнула в кресле от такой неожиданной информации.
Шеф встал почти вплотную к ее столу и развел руками:
— У меня большая дача, Геля. Отличное место, природа, птицы, лес рядом — ехать всего какой-то час. Мне не терпится вам всё показать. Ты готовить умеешь? А впрочем, неважно, мы каждый год шашлыки жарим, а жены друзей столько еды с собой привозят, что потом неделю можно объедаться.
— Я с удовольствием тоже что-нибудь приготовлю, — тут же закивала Ангелина. — У меня получается очень вкусный гусь. И фирменный салат с икрой.
— Давай всё свое фирменное.
* * *
Новый год подкрался незаметно. Откуда-то сзади! Иначе как еще объяснить, что Ангелина вспомнила о нем лишь тридцатого числа, да и то только с помощью Смерча Геннадиевича.
Вот вам середина декабря, еще мгновение…. и пожалуйста — время наряжать елку, которой нет, резать салаты из продуктов, которые не купила, и красоваться в платье, которое не успела выбрать. Причем никак нельзя упасть в грязь лицом!
У них со Смерчем Геннадиевичем и так развития отношений ноль и еще раз ноль.
Нет, он старался, конечно. В театр ее возил, потом еще раз в кино и в развлекательный центр с Верой. Но пока что им так и не удалось переступить ту самую грань, после которой двое людей становятся близкими. Словом, еще даже не целовались.
Ангелина отпросилась с работы пораньше, а потом они с Верочкой бегали по магазинам как пчелой в мягкое место ужаленные. Продукты, подарки для детей, платья. И Ангелине, и Вере! Тоже ведь девочка, обязательно надо обновку.
Обе Акуловы выбрали для себя по очаровательному синему платью. Дочке в косы синие резинки с сердечками, маме синюю же шелковую ленту в волосы.
Со всем добром ввалились домой уже в девять вечера, уставшие и измученные.
Верочка заснула на диване даже без привычной ванны с ромашковой пеной. Ангелина же расчехлила новенький набор керамических ножей и отправилась потрошить пакеты с продуктами. Замариновала гуся и полночи провозилась с салатом.
Утром позавтракали и принялись готовиться к поездке. Но ближе к полудню Вера подошла к Ангелине и скорбным тоном заявила:
— Мамочка, мне что-то не хоросо…
А потом ее стошнило прямо на ковер в гостиной.
И началась свистопляска со спецэффектами, каждой маме знакомыми. Вера выдерживала приступ, потом Ангелина давала ей попить, и ребенка тошнило снова уже просто водой.
Позвонив Кристине, Ангелина пришла к неутешительному выводу: скорее всего ротавирус. На отравление не похоже, поскольку ночью девочка спала нормально и даже утром ни на что не жаловалась.
— Не пои ее большим количеством воды, — советовала подруга. — Ее желудок сейчас ничего не может удержать. Давай по паре глоточков каждые несколько минут, чтобы избежать обезвоживания, и всё. Просто наблюдай, и если это оно, а я думаю — это оно, то скоро рвотные позывы должны исчезнуть, потом жди подарков в горшке, и через пару дней будет твоя Вера в порядке. Каждый ребенок этим рано или поздно болеет, не переживай. Если бы чем-то отравилась, еще вчера стало бы плохо.
Немного успокоившись, Ангелина в очередной раз переодела Веру, посадила смотреть мультики и стала оттирать квартиру. А через полчаса ей позвонил Смерч Геннадиевич, о котором она абсолютно забыла.
— Геля, милая, вы собрались? Я тут завозился с шашлыком, а ребята уже подъезжают к даче, надо встретить. Ничего, если я вам такси вызову?
— Не надо такси, мы не сможем поехать, Игорь, прости. Вера заболела.
— Как заболела? С ней же утром было всё в порядке! Я не понял, Геля, ты меня кидаешь в новогоднюю ночь? Беспредел!
Еще бы ему понять, у него же нет детей…
— Никого я не кидаю… — фыркнула Ангелина. — Ей плохо, у нее, похоже, вирусяка, куда я ее повезу? Остальных детей заражать? Мы не приедем, прости.
— Значит, я приеду! — вдруг заявил шеф.
— А как же твои гости?
— Черт…
— Игорь, мы не хотим никому портить Новый год. Встречай гостей, повеселись там, а мы потом встретимся. Еще будут праздники.
— Мне это очень не нравится, Геля, — резко отрезал Степанов, но через некоторое время чуть смягчился: — Ладно, выздоравливайте, Кнопке привет.
И отключился. Больше так и не позвонил.
Впрочем, Ангелине в этот день было определенно не до шефа и его обид. Она крутилась вокруг Веры волчком. Когда дочку перестало тошнить, они обе просто улеглись у телевизора в обнимку, совершенно обессиленные и жутко расстроенные из-за того, что так бездарно пройдет их Новый год.