– Очень рад, – прохрипел в ответ Лик, – Спасибо.
– Очень важно, как ты будешь идти по этому пути. Ты либо идёшь вверх, либо опускаешься. Как подняться из твоего положения – я не знаю. Я не встречал богоподобных наёмников, а достоинства непобедимого Александра, по-моему, преувеличены. Поэтому ты будешь идти непременно вниз, и ещё ниже. Туда, где живёт твоя тень.
Лик был бы и рад свалиться. Но верёвки не отпускали.
– Говорят, териона можно определить даже в человеческом виде – якобы, тень у него всё равно волчья, лисья или медвежья. Ты, наверное, считаешь это легендой. Но это потому, что ты ещё не видел свою настоящую тень. Чем ниже ты будешь спускаться, тем ближе она будет к тебе. А если ты рванёшь вверх – то и тень твоя начнёт расти. По какому пути ты бы не шёл – она когда-нибудь проглотит целиком. Если смерть на справится раньше.
Глава 24. Бухта, где много раков
75
– Я слышал, – начал Лик, – что вы, тавры, перед сражением в долине перекапываете за собой дорогу, чтобы сделать её совсем непроходимой. Так что воинам остаётся или победить, или умереть. Это правда?
– Правда, – отозвалась Агра, – Поэтому я и говорю – нечего лезть в долину. Мы – тавры, мы – как все. Побеждать надо без большого риска. Никаких сражений, никаких осад. Набег, морская битва – эту лучше. Ни степь, ни море не перескопаешь. А убегать по ним, если что пойдёт не так, можно в любую сторону.
– На этот раз, – Лик снова склонился над картой, – нам всё-таки придётся перекапывать. Сделаем два рва, вот тут и вот здесь, чтобы за поворотом не было видно. Если всадники Палака попытаются запереть нас в бухте, эти рвы их остановят. Пускай ненадолго, но мы успеем что-то придумать.
Лик и Агра ползали на четвереньках по узкой песчаной полоске возле ручья. Они вылепили из мокрого песка карту в виде Крабовой Бухты.
Вот сама бухта. Вот камешки, которые изображают домики. Вот щепочки леса. А вот горы, что её окружают.
У посёлка не было ни высоких стен, ни нормального рва. Казалось безумием, что кто-то вздумает нападать на него со стороны суши. А стоило кому-то послать флот для показательного рейда, жители посёлка первыми замечали угрозу со стороны моря и ретировались в горы, поджигая на прощание дешёвые деревянные халупки. Всё равно такую строить два дня, и там воняет, как на рыбном складе. В этой готовности отступать и изматывать было что-то от прежних скифских военачальников. В своё время они именно так отбились от грозной армии царя Дарии.
Снова смотрим на карту. Вот два ручья, один с севера, второй с востока. Они сливаются у каменного помоста для жертвоприношений и впадают в залив. Вокруг помоста воткнуты щепки. Они изображают столбы, где сушили трофейные головы.
Ихневмон, когда прощались, поделился догадкой, то раньше головы не приколачивали, а привязывали, чтобы высушить и потом сделать чашу. Лик в ответ посоветовал Ихневмону скрывать подобные открытия, особенно от людей с оружием. Наступали жестокие времена. Многие головы умников окажутся на столбах. Вдруг кто-то вдохновится и решит поупражняться на Ихневмоне?..
По словам Агры, горы вокруг бухты были куда симпатичней, чем здешние. Пологие, зелёные, с приятными рощицами. Не удивительно, что даже те, кто там не жил, хотели туда вернуться.
– План у нас хороший, – сказала Агра, – Но я боюсь, что те, в бухте, про него тоже знают.
– Откуда?
– Ты с самого начала говорил, зачем тебе воины.
– Но я должен собрать союзников!
– Ты их собрал. Но ты сам знаешь – среди двенадцати героев найдётся один предатель. Например, Кадуит тебя ненавидит. Они обязательно передадут царским скифам, что ты задумал вернуть бухту.
– Зачем ему это?
– А зачем люди делают глупости? Может, поверил, что если донесёт, его пустят обратно.
– Есть такое слово – честь.
– Ты сильно поранил его честь, – отметила Агра, – когда отказался с ним драться. Так сильно, что его честь могла издохнуть в пыли.
– Пусть придёт и скажет мне в лицо, в чём меня обвиняет.
– Не придёт. И я тоже не могу доказать свои подозрения. Пусть не Кадуит, пусть кто-то другой. Но слухи уже ползут по горам. А эхо доносится в степь..
– Пусть идут слухи. Пусть стратеги святотатца Палака трусят и готовятся. Помнишь, как в сказании о Конане? “Когда я иду, впереди меня – страх, позади – смерть”.
– Вот увидишь, – сказала Агра, – Они предусмотрят всё. И попробуют поймать нас в бухту, как в ловушку.
– Пока буду ловить, – отозвался Лик, – мы их всех перебьём.
Агра убрала со лба волосы и посмотрела на парня. Лик смущённо улыбнулся. Сейчас, когда они были рядом, крепко сбитая, плечистая девушка-горянка казалась даже крупнее, чем он.
– Я всё никак не пойму, – сказала она, – ты такой смелый или такой глупый?
– Я такой, как я есть, – ответил Лик, – А насколько я умён, ты узнаешь, когда увидишь мою победу.
Агра усмехнулась.
– Ты слишком долго жил в городах, – заметила она, – И не всё понимаешь. Ты думаешь, раз победил отца – значит, всё, всем всё доказал.
Лик предположил, что отец был не родной. Агра скорее радовалась тому, что её семья стала меньше.
– Я докажу это в бою.
– Ты убил слишком мало, – заметила Агра, – Чтобы тебя по-настоящему боялись, надо убить в деревне не меньше пяти человек.
– Разве не лучше убивать врагов?
– Ты ничего не понимаешь в таврах.
– Если я убью достаточно врагов – разве меня не будут уважать?
– Будут. Но надо, чтобы не уважали, а боялись. Запомни это.
Лик качнул головой.
– Вся моя ненависть – она для двух людей. Я никогда не смогу ненавидеть вас так сильно, как их.
– Тогда найдётся кто-то, кто достаточно сильно возненавидит тебя. И убьёт.
– Нет. Потом, как отобьём бухту, я уйду с ребятами. Наёмники сейчас нужны везде. И в Понте, и в Вифинии. Думаю, и Меотии они скоро понадобятся.
Лик вдруг заметил, что запястья ноют до сих пор.
– Значит, уйдёшь? – спросила Агра.
– Именно так.
Вместо ответа Агра схватила его за плечи и повалила на песчаную карту. Он почувствовал, что раздавил спиной южную гору… и что крепкие, как кедр, руки девушки не позволят ему встать. Она была сильная. Достаточно сильная, чтобы быть оборотнем.
– А я тебя не отпущу, – сказала она, – Понимаешь? Не отпущу!
– Да… понимаю. – Лик почувствовал, что взмок.
Голова кружилась, как перед метаморфозой. Длинные рыжие волосы щекотали лицо.
Девушка наклонилась, он почувствовал на лице её тёплое дыхание.