– Что именно?
– Ты начал мне нравится, – она засверкала от улыбки.
Потом протянула ему кофе. Тот присел и сделал глоток из чашки. Потом опомнился, что с него давно уже сползло полотенце, быстро прикрылся одеялом. Она засмеялась.
– Ты, я вижу, уже себя чувствуешь хорошо, да?
Она остановила смех и довольно покачала головой:
– Все в порядке, Догус. Особое спасибо, что вчера меня правильно понял.
Он положил свое кофе на пол. Потом, найдя под одеялом свое полотенце, вновь прикрыл себя:
– Не за что. Обращайся.
Он поднялся и пошел в направлении туалета. Услышал сзади себя:
– Прости меня.
Одевшись и позавтракав, они вновь тронулись в путь.
– Так, едем в одну присядку. Через Австрию, Венгрию. Там уже в Сербии возьмемся делать то, что задумали.
Она незадачливо посмотрела на него.
– Будем делать короткие паузы на бензоколонках.
– Я все поняла, Догус. Думаю, мы справимся.
На границы Германии с Австрией они сделали короткую передышку и заправились. Австрию они проскочили за три часа. Быстрая езда по Венгрии, и они подъехали к границе Венгрии с Сербией. Здесь машины выстроились в длинный ряд, ожидая свою очередь на пограничный контроль.
– Это займет несколько часов. Постарайся заснуть, Ребекка.
– Почему так долго?
– Ты первый раз проезжаешь южные границы Европы? – спросил Догус девушку.
– Да. Всегда здесь так?
– Только летом.
– Почему? Уже начало сентября, – заинтересованно спросила она.
– Турки в основном из Германии и Австрии едут к себе на родину на летний отдых. Туда на юг стремятся еще и другие европейцы. Всех тянут Средиземное и Черное моря. В летние сезоны здесь ужасны границы. Нам еще повезло на минувших границах. Уже начало сентября, люди в основном обратно едят. Детям с середины месяца в школу.
Он сделал угрюмую гримасу и недовольно начал смотреть на другие машины. Все стояли в несколько рядов в очереди. Каждый хитрил и старался прорваться вперед. От этого другие сигналили. Некоторые пассажиры выходили из машин и пешком шли. Иногда менялись водители местами. Постоянное нажимание на педали изнуряло ноги шофера.
– Будет сложно и изнурительно. Постарайся заснуть, Ребекка. Уже почти ночь. Когда проснешься, мы уже будем в Сербии. А сейчас мне придется играть педалями: трогаться, останавливаться. И так метрами добираясь до пропускного пункта.
– Ты устанешь так, Догус.
– Возможно. Но делать нечего. Другого выхода у нас нет.
– Почему нет? А я? Я могу же сейчас водить. А ты отдохни.
– Так не принято, Ребекка. Ты клиент, я – твой телохранитель.
– А вчера что было? Это тоже в твоих обязанностях было, Догус?
Он посмотрел на него серьезно и промолчал. Через некоторое время все же заговорил:
– Знаешь, все же ты права.
– На счет чего?
– На счет помочь мне. Мы и так не соблюдаем правила.
Девушка засмущалась. Она посмотрела, чуть опустив голову:
– Если ты имеешь в виду вчерашний вечер, то я уже за это извинилась.
– Не совсем все так, Ребекка. Это мелочь, о чем ты говоришь. Я имею в виду другие профессиональные нюансы.
Девушка сняла ремень безопасности и, поджав к себе колени, повернулась к охраннику:
– Какие нюансы ты имеешь в виду?
– Для телохранителя по инструкции нужен водитель.
Она рассмеялась:
– Ты что серьезно? А телохранитель сам не может водить машину?
– У телохранителя должны быть руки свободны и внимание направлено на другие объекты. Представь себе, если погоня и стрельба. Или мы выходим с машины, оставляем его без надзора. Могут установить бомбу или просто ее угнать.
– Но ты согласился.
– Я согласился. Я беру такие заказы. Других нет. Некоторым подписывают соглашение, когда есть минимум два телохранителя.
– Ты справляешься один прекрасно, Догус.
Он посмотрел на нее, слегка улыбаясь. Ребекка задумалась, потом вновь пристала с вопросами:
– А ты, правда, стоял два дня возле моих дверей, там, в больнице?
– Да, это правда.
– И ты не присаживался?
– Ночью сестры мне давали стул.
– А что ты кушал? Пил?
– Сестры иногда приносили мне угощения.
Ребекка косо посмотрела на него, будто обиделась чем-то. Она опустила ноги на кресле, со словами:
– Наверное, понравился ты сестричкам там?
– Наверное…
Догус мило посмотрел на нее и улыбнулся.
Ребекка никак не могла успокоиться от безосновательной ревности:
– Поэтому, наверное, берут несколько телохранителей, чтоб они менялись и не заигрывали по ночам с медсестрами.
Догус подтолкнул девушку:
– Хватит дуться без причин. Иди, садись за руль, пока не передумал.
Ребекка закричала от радости, как ребенок. Будто ей собрались желанную игрушку дать.
Их машина стояла в длинном хвосте, лишь через каждые три минуты на три метра передвигаясь. Они обменялись местами. Догус посмотрел на довольное лицо Ребекки. Та схватилась за баранку и продолжала во всю улыбаться. Она тронулась с места, потом остановилась. Этого было достаточно, чтобы она завизжала от радости и похлопала в ладоши. Погладила баранку ладонями и громко сказала, переделав свой голос в грубый мужской, будто пытаясь его скопировать и подразнить:
– Грузовик Догуса! Я вожу броневик самого Догуса! Не приближайтесь: я опасен!
Она засмеялась. Смех ее оказался заразительным. И через несколько секунд в салоне раздался громкий и задорный смех двух молодых людей.
Глава 15
Догус проснулся от того, что его начала толкать Ребекка. Он резко привстал и заозирался по сторонам.
– Все в порядке, Рембо. Доставай свои документы. Мы на границе.
Пограничник из окошка маленького помещения взял в руки их документы и начал пристально на них смотреть:
– Предъявите еще документы и страховку на машину.
Догус достал из бардачка папку и передал его офицеру. Тот не спешно изучил содержимое и все документы кипой передал Ребекке. Та попрощалась с пограничником, и их машина покинула границу. Еще через полчаса они миновали границу Венгрии и въехали на ее территорию.
Ребекка продолжала вести машину и все сильнее терла глаза. Догус наконец опомнился: