— Арсений может приехать в любой момент, —
шевельнула бровями Василиса. — Ты ведь понимаешь!
Светлана понимала. У Сестракова, который оказался наладчиком
— наладчиком чего, Василиса так и не поняла, — имелся в собственности
автомобиль «Жигули», хоть не новый, но бегающий. Так что до дома Василисы они
добрались быстро и с комфортом.
— Вьешь из меня веревки, — пробурчала Светлана,
высыпая из сумки на диван вещи, прихваченные с собой. Судя по тому, что из
тряпок она прихватила только пеньюары да шелковый халатик, из дому она вылезать
не собиралась.
— Господи, да что тебе сейчас надо-то? — подначила
ее Василиса. — У тебя еще неделя отпуска. Наслаждайся своим Геной, я
мешать не стану. Я буду мышкой проскакивать мимо вас на работу.
— Только не бегай в туалет полуголая, — с угрозой
в голосе предупредила Светлана.
— У меня ведь все дома!
— Надеюсь.
Гена Сестраков оказался ужасно хозяйственным.
Проинспектировав холодильник Василисы, он отверг предложение сделать омлет и
категорически отказался от жареного мяса.
— Зачем же продукты переводить? — спрашивал он,
выкладывая на стол пакеты с остатками колбасы, ветчины и сосисок. — Сейчас
соорудим соляночку. Порубим все это добро и скушаем за милую душу. А так —
пропадет.
Светлана с гордостью посмотрела на сестру. Вот, мол, какого
парня я отхватила. Василиса демонстративно сморщила нос. Ей нравились мужчины,
которые могли сводить ее вечером в ресторан. Экономность она уважала только в
одиноких старушках.
— А чем занимается этот тип? — спросила она
сестру, заведя ее в ванную и пустив воду.
— Он наладчик.
— Это я уже слышала. А где он работает?
— На заводе, — смиренно ответила Светлана:
— Понятно, — протянула Василиса, не уточняя, на
каком. Для нее это не имело принципиального значения. — Где же ты его
подцепила?
— Он подвез меня на своей машине до дома, когда я
тащила с рынка сумки.
— Ага! Сначала сговорились на тридцати рублях, но по
дороге ставки изменились. Понимаю…
— Если он тебе не нравится, мы поедем домой, —
обиженно сказала Светлана.
— Нет-нет, что ты! Просто мне было интересно, почему он
застрял у тебя. Женат небось?
— Наполовину. Уже подал, документы на развод. Остается
без кола без двора. Ты же знаешь, как это бывает.
— Знаю, — кивнула Василиса. — Надеюсь, ты у
него не просто легкая добыча, а действительно серьезное увлечение.
— Поживем — увидим, — сказала Светлана. —
Ведь я его не собираюсь к себе прописывать.
— Спасибо и на этом.
В эту ночь она заснула сразу. Все ее страхи прошли, и ей
даже стало казаться, что она вообще не очень-то испугалась. На следующий день
Кудесников, увлеченный раскопками жареных фактов из жизни Натальи Валерьяновны
Таланской, вестей о себе не подавал. «Может быть, спросить у Таланского в лоб,
не крутил ли он любовь с убитыми секретаршами? — думала Василиса. —
Хотя вряд ли он признается, вот в чем беда. Если же он убийца, то, глядишь, еще
пристукнет в каком-нибудь закутке Нет, — решила Василиса, — четой
Таланских пусть занимается Арсений. А я поплотнее займусь Барсовым. Его испуг
интригует».
Впрочем, начала она не с этого. Вспомнив о вчерашнем намерении,
Василиса решила узнать у Шувалова, не заходила ли в ее отсутствие Наталья
Валерьяновна в приемную. Ведь кто-то же подбросил леску в ящик и сумочку!
— Доброе утро, Игорь Михайлович! — громко, с
чувством сказала она, постучавшись в кабинет.
Шувалов сидел за своим столом хмурый до невозможности. При
виде Василисы он откинулся в кресле и сложил руки на груди.
— То, что вы напечатали, Василиса, никуда не годится. В
тексте полно ошибок и неточностей, — начал он разговор первым. Видимо, эти
слова он заготовил заранее, потому что они выскочили из него мгновенно, как
будто им уже надоело готовеньким вертеться у него на языке.
Настала очередь надуться Василисе. Впрочем, она себя тут же
одернула. Откуда бедняге Шувалову знать, что ей нет никакого дела до доклада,
да и вообще до секретарских обязанностей. Он думает, что Василиса навсегда
прописалась в его приемной.
— Игорь Михайлович! — бесхитростно начала
она. — Алексей Степанович вчера сказал мне, что передаст какой-то документ
через Наталью Валерьяновну. Вы не видели, она вчера не заходила?
— Заходила, — ответил Шувалов. — Только
никакого документа не оставила. Сказала, что просто зашла поздороваться.
— Со мной? — удивилась Василиса.
— Нет, со мной. Мы хорошо знакомы, знаете ли. Иногда
вместе выбираемся на пикники за город.
— Ну ладно, — заторопилась Василиса, — я
тогда сама схожу к Алексею Степановичу.
— Если вы будете разгуливать по офису целый день, то
мой доклад останется в черновиках. Может быть, прикажете мне самому его
печатать?
— Обещаю вам, — торжественно сказала Василиса
тоном отличницы, вступающей в пионеры, — к завтрашнему утру ваш доклад
будет готов!
— Поймите, — с нажимом ответил Шувалов, — я
не хочу, чтобы вы тратили свое свободное время. Сидели вечером, а то, не дай
бог, еще и ночью. Это обычное задание. Его вполне можно выполнить во время
рабочего дня! Я не покушаюсь на ваше свободное время…
Василиса уже решила, что вытребует у Кудесникова денег на
профессиональных машинисток и отнесет этот дурацкий доклад в машбюро, которое
она видела неподалеку от метро.
Поэтому убежденности в ее голосе только прибавилось, когда
она сказала:
— Игорь Михайлович, можете не беспокоиться. Все под
контролем.
Было заметно, что Шувалов ей не очень-то поверил. Василису
же просто распирало желание еще немножко поприставать к Барсову.
Что-то же да означает его испуг? Она тенью скользнула по
коридору и остановилась возле знакомого кабинета. Дверь была закрыта. Василиса
взялась за ручку и медленно повела ее вниз до упора. Потом начала по миллиметру
открывать ее внутрь. Когда щелка оказалась достаточно большой, она наклонилась
и приникла к ней жадным глазом.
Барсов сидел за своим столом и с увлечением подписывал
маленькую картонную карточку на цветной петельке, какие обычно прикрепляют к
букетам и подаркам. Рядом с его локтем лежала та самая стриженая фарфоровая
кукла, которую Василиса уже подержала в руках. Только теперь кукла была без
платья, и из всех ее сочленений торчали узлы скреплявшей части тела резинки.
«Неужели он собирается подарить кому-то голую куклу?» — про себя удивилась
Василиса. Нет, с Барсовым необходимо было сойтись поближе. Многое бы отдала
она, чтобы увидеть его квартиру. Какие вещи его окружают, какие цвета
преобладают в интерьере, что за книги лежат под рукой и так далее. Квартира —
вот зеркало души человека.