А я рывком верхнюю одежду сорву и...
— Тебе черный или зеленый? — слышу не крик, а тихий рокот, вырывающий меня из фантазий.
Киваю.
То есть... Что она там спросила?
— Черный давай. Зеленый педики пьют.
— Я люблю зеленый, — говорит она, и тонкие пальчики обхватывают ручку чайника.
Как бы могли сейчас обхватить мой ноющий по ней ствол.
Ее слова забавляют. А в голове у меня ни одной здравой мысли.
Ты можешь, крошка, любить все, что угодно, но очень скоро ты полюбишь вкус моей спермы, которой я буду регулярно тебя кормить.
В этот сладенький ротик прыскать, который она так смачно облизывает, опуская глаза в пол.
О, черт, зачем она это делает.
Только же сильней заводит и так голодного зверя.
Жарко стало. Душно.
А это ведь мы даже не сняли одежду.
Кажется, она понимает ход моих мыслей, раз на щеках так много румянца. Раз глаза продолжает прятать.
Ничего, скоро я сотру это стеснение с ее лица.
Она стоит напротив меня с подносом, я обхватываю её прохладные руки и долго не выпускаю из плена.
Смотрю, как темнеют ее ярко карие глаза. Они мрачнеют, пока поглаживаю большими пальцами тыльную сторону ладони.
Чувствуешь, Ангел, мое желание? Насколько сильно я хочу тебя получить. Чувствуй, потому что скоро я буду тебя брать. Жестко, долго и грязно. Как муж берет свою собственность.
А пока я могу и поиграть роль джентльмена.
Даст после свадьбы?
Да не вопрос.
Уже завтра поедем и распишемся, делов-то. Это меня не пугает ни капли.
Чтобы ночью ты осознала, на что подписалась, когда случайно встретилась на моем пути.
Я своего точно не отпущу.
Главное, ещё немного терпения. Не нападать прямо сейчас и не пугать малышку.
Хотя очень хочется показать ей всю силу возникшей страсти.
Пускай думает, что я добрый здоровяк.
Глава 8
— Давай сядем, а то чай остынет, — прячет она улыбку и запоздало отдает мне поднос.
А я только и думаю, что сесть она должна на мой член. Прямо сейчас. С размаху.
Чтобы от крика в ушах звенело.
Чтобы от возбуждения яйца горели. Чтобы член обволокло тугой патокой, чтобы двигаться можно было в кайф.
Туда-сюда. Вверх-вниз, и по телу ее влагу размазывать.
Соски тянуть, до оргазма малышку доводить.
О, мать твою, да. Это то, что нам нужно прямо сейчас.
Ставлю поднос на дубовый стол в этом современном храме интерьера.
Осматриваю новенькую кухню и понимаю, что вот у меня в доме все намного проще. По-мужски что ли.
Дом — моя холостяцкая нора.
Я так привык. Без излишеств. Иметь самое необходимое.
Огромный участок, достаточно большой дом из бруса возле черты города.
Ничего из ряда вон выходящего: стены светлые, камин, перед ним ковер, на котором я буду совершенно традиционно драть Кристину раком.
Представляю, как идеально она будет там смотреться.
А чтобы коней в конюшне не пугала, закрою рот поцелуем, выгнув ее шею.
Буду трахать рот с той же скоростью, что и член будет таранить ее текущую дырку.
А потом, когда мы закончим, я понесу ее обмякшую в джакузи, и там мы обязательно продолжим наш секс-марафон.
Черт. Когда уже я смогу ее к себе забрать? Почему все так сложно? Кто вообще сказал, что я должен ждать?
Сил терпеть с каждой минутой рядом с ней все меньше.
Наверное, она будет какое-то время ещё капризничать, сразу ее так не утащить в свою берлогу.
Увидев мою настоящую жизнь — может отказать.
Я, конечно, мог бы насильно заставить. Но нужно ли нам это? Думаю, нет.
Или да?
Ждать я не люблю. Да и врать о своем образе жизни тоже не собираюсь.
Посмотрим по ситуации.
Возможно она сама сразу согласится на наше совместное сожительство.
Ведь насчет моего предложения замужества она не ответила отказом. Значит у меня есть огромный шанс.
Значит она ещё под влиянием нашего первого знакомства.
Девушка долго отводит взгляд, но я все равно ловлю его в плен, хочу ей рассказать, как буду широко ноги ее раздвигать, да испугать крошку боюсь.
Рано ещё, очень рано.
Понимаю все, но язык так и тянется поведать о скорых изменениях в ее жизни.
Она кажется такой чистой, невинной, а я собираюсь ее в горячий котел похоти окунуть. С головой.
Чтобы задыхалась, чтобы на коленях ко мне подползала, и сама в рот просила. Член чтобы влажно причмокивала и до капли тёплую сперму глотала.
Скоро. Совсем скоро. Я дождусь.
Молчание затягивается, хоть и очень приятно смотреть, как она почти не дышит, глазея на меня.
Вот бы и на хер мой так смотрела. С таким же любопытством.
Ей ещё предстоит близкое знакомство с ним.
— Испугал я тебя вчера, — спрашиваю, нарушая получасовое молчание, и быстро отключаю вибрирующий телефон.
Не время для работы.
Сейчас похрен мне на все и всех.
Всю жизнь пахал как проклятый.
Дом построил. Конюшню сварганил своими руками. Бизнес себе создал по постройке домов.
Кто-то скажет, что я тупой как валенок. И кроме как кулаками махать, ничего не умею.
Понимаю, вид у меня такой. Страшного урода бойца.
Но мне очень нравится смотреть их раскрытые рты, когда видят меня в костюме и на дорогущем мерседесе.
Это все понты, но они нужны для победы в тендерах, чтобы строительный бизнес мой рос и приносил ещё больше доходов. А так я люблю, когда все по-простому.
И вот теперь может пора задуматься о семье. Настоящей. Своей.
Большой такой... а почему бы и нет? Чем я хуже остальных мужиков? Я тоже об этом задумываюсь, правда женщина подходящая не попадалась.
Сейчас я понимаю, что думаю о девочках и мальчиках, что будут пить из этой возбуждённой груди, что находится напротив.
Я бы тоже не отказался в рот сосочек, как вишенку взять. Испить это молоко...
От перевозбуждения вжимаю ладонь в столешницу.
Так хочется тело ее в руках подержать, что скулы сводит, и в голове уже стучит.