В этом коридоре было светло, пахло только вымытыми полами, линолеум ещё не просох, такой старый, расцветка под дерево. Тихо, лишь звуки приборов, редкие покашливания, хрипы, шёпот.
В палате с твоим отцом, лежит ещё мужчина, но он в себя уже четыре дня не приходит, — остановившись у дверей палаты, прошептала бабуля. — Поэтому смогла договориться. Заходи, только не пугай отца, у него же сердце.
Лора произнесла одними губами: «спасибо», и выдохнув, прошла в палату. В небольшой комнате было душновато, хотелось открыть окна настежь, но видимо боялись сквозняков. Отца она узнала сразу, он лежал с закрытыми глазами, но казалось не спал. Сердце девушки сжалось, как же давно она его не видела, и видимо, от чего она и бежала, так это от тех самых чувств в груди.
Он совсем не изменился: смуглая кожа и множество глубоких морщин на лице. Ему было всего пятьдесят шесть лет, седина лишь в висках, но он всегда выглядел старше, не смотря на сильное рабочее тело. Лора посмотрела на кровать напротив отца, и её передохнуло, казалось, она увидела смерть.
Врачи не верили в отца, они бы не положили смерть рядом с ним. Эта ужасная мысль посетила голову девушки, и комок слез сдавил горло. Она тут же тихо, но быстро подошла к кровати папы и села на стул, видимо оставленный врачом. Её руки тряслись, но она прикоснулась к крупной морщинистой руке, грубой и сухой, ногти были словно грязные, но Лора знала, такими они были всегда. Папа работал руками, и это лишь отпечаток его деятельности.
— Лора, — тихо произнёс отец.
Девушка подняла взгляд на папу и увидела эти яркие синие глаза, которые всегда блестели, и лишь они всегда были молоды.
— Привет, — улыбнувшись, спокойно сказала она, пытаясь не выдавать эмоции, не тревожить ни себя ни отца.
— Тебе сообщили, да? — он поджал губу. — Говорил же не отвлекать тебя.
— Папа, ну как не сообщать? Ты же болеешь.
— Подумаешь, — отмахнулся он, а потом закашлялся. — Залечили уже. Надя позвонила?
— Да, — Лора кивнула головой, — но я не говорила ей, что приеду. Я вот так, без вещей даже.
— Я рад тебе, — папа улыбнулся.
— И я рада, что я здесь, — ответила она.
— Красивая ты у меня, — неожиданно сказал отец и сделала паузу, — умная, сильная. Вот ко мне же не пускают? А ты все равно смогла зайти. Ты такая, если хочешь, добьёшься. Я никогда тебе ничего не говорил, но я всегда на тебя смотрел и знал это, и не хочу, чтобы ты отвлекалась от своих целей, — отцу видимо стало неловко, и он поерзал.
— Пап, знаешь, а я потерялась немного в последние дни, словно что-то упускаю, — Лоре захотелось поговорить с отцом. — Словно я себя не знаю, какая я, о чем мечтала в детстве?
— У всех бывает, но я скажу тебе, ты такая, какая ты есть! Ты всегда была дельная, всегда знала чего хочешь, если поставила цель, достигала её, — отец облизал губы. — И я восхищался тобой уже ребёнком, ты не искала чужие руки, чтобы достичь желаемое. Ты делала все сама, немного хладнокровно даже. Хотя с твоей внешностью, очень переживал за тебя, когда ты стала подростком. Такая красивая. Боялся влюбишься в деревенского дурака как я и забудешь о мечтах, а нет, моя Лора не такая. Моя Лора не откажется от себя и своих мечт.
— Прости, пап, прости, что не приезжала, — Лора опустила глаза в пол. — Но я здесь не на месте. Мне плохо здесь, мне страшно здесь. Прости что уехала, не взглянув на тебя, не попрощавшись с тобой, но все мне это сложно, вот все эти чувства.
— Этим ты в меня, мне тоже было так проще расстаться. Вот без слов. Мы же и так все понимаем? Зачем слова, — он вяло махнул рукой. — Хотя сейчас, я чувствую, что должен говорить с тобой. Неловко все это, слова говорить. Не извиняйся, все правильно ты делала. Ты у меня такая, и я горжусь тобой. Но ты бросай это дело, не любить это место, оно доброе. Оно не обязано быть твоим домом, хоть ты и родилась здесь. Но наш посёлок ни в чем не виноват. Здесь тепло. Здесь вон речка какая, красивая… вот бы искупаться! Да боюсь все уже.
— Перестань, — Лора неожиданно расплакалась и смахнула слёзы. — Ещё искупаемся, я приеду.
— Хорошо, — прошептал он, но его глаза говорили обратное, Лора видела, что он прощался. — Ты надолго?
— Не знаю, я не думала ни о чем, просто приехала, — она пыталась проглотить ком слез. — Я не одна, поэтому, думаю ненадолго.
— Не одна? С женихом? — папа постарался улыбнуться.
— Нет, это неважно, знакомый, просто поддержал, оказался в этот момент рядом. Ничего серьёзного.
— Поддержал, это хорошо, не забудь сказать спасибо, — просто ответил отец. — Не переживай, я тебя задерживать не буду. Спасибо что приехала. Для меня и этого много. И домой сходи, я твою комнату никому не даю, это моя комната отдыха. Там и вещи твои, альбомы с фотографиями. Посмотри их, увидишь, ты не потеряла себя, ты такая, какая была всегда.
Лора аккуратно пересела к отцу на кровать, обратив внимание на порванный пододеяльник, который уже просто устал от бесконечной стирки. Белье было жёсткое. Девушка неловко посмотрела в папины глаза, ей хотелось его обнять. Она маленькая часто сидела у него на коленях, а он трепал её по голове… а потом она превратилась в девушку…
Лора не хотела повторять ошибку прошлых лет, и преодолев себя, сделала первый шаг. Она наклонилась к отцу и положив голову на живот, обняла. Папа на какое-то мгновение перестал дышать, а потом поднял руку и погладил её по волосам, немного потрепав. Теперь ей стало хорошо, словно она сделала то, что ей нужно было так давно, и что она никак не могла получить.
Девушка поднялась и увидела мокрые от слез глаза отца. Сама Лора старалась держаться, не позволяя себе рыдать. Она не прощается, она лишь говорит: «привет». Значит и слёзы нечего лить.
— Иди, иди доча, — он улыбнулся. — А я посплю. Тебя и ждут, наверное, нехорошо заставлять ждать. И домой сходи. Моя звездочка.
— Отдохни, а я завтра приду, — Лора улыбнулась и поднялась.
В дверях Лора оглянулась, но отец отвернулся к окну и закрыл глаза. Наверное, прощаться для него было ещё сложнее, чем для неё. Теперь девушка была уверена, что приезд к отцу, правильное решение. Она никогда бы себя не простила, если бы не повидалась с ним. Жаль, что она так долго на это решалась.
* * *
— Лора, вот так сюрприз, — воскликнула жена отца, увидев девушку входящей на участок родного дома. — А чего не предупредила? Ой, и не одна.
— Спонтанное решение, — ответила она, оглядывая небольшой аккуратны огород во дворе, Надежда копалась в клумбе с цветами. — Мы ненадолго.
— Только к отцу не попасть, в реанимацию перевели, — женщина встала, рассматривая Кирилла. — Вот жду новостей.
Надежда не могла оторвать от молодого человека глаз, а тому словно было все-равно, он улыбался, но не навязывался, давая Лоре решать все самой, лишь следовал рядом.