Количество сигарет, выкуренных за первую половину дня, превысило мою суточную норму. Обычно я курю мало, по настроению, в зависимости от компании. У меня нет той абсолютной зависимости, когда в сумочке обязательно должна лежать заветная пачка. Просто лежать для того, чтобы ты чувствовала себя комфортно. Но сегодня все было иначе. Я нервничала, машинально хваталась за пачку «Parliament».
Я уже успела переговорить с Ладой и поняла, что мое возвращение домой было решением правильным. После работы она встретилась с Гаврошенко, ужинала с ним в спагетти-баре. Потом они поехали на день рождения приятеля Эльдара, после чего — к Ладе. Это могло означать, что гормональный баланс моей подруги восстановлен. Да и голос ее стал менее напряженным, она все время шутила. В который раз я назвала себя эгоисткой: не хватало, чтобы из-за моих проблем у Лады рушилась личная жизнь. Она никогда не покажет, насколько дорожит своим партнером. Она будет всячески доказывать свою независимость, самодостаточность, порой в ущерб собственному счастью. Лада была готова поселить меня у себя, вплоть до возвращения Левы, не думая о том, что Эльдару это точно придется не по душе. Все-таки в настоящей дружбе есть элемент эгоизма, причем двухстороннего. Особенно, если речь идет о женской дружбе.
У меня было достаточно времени, чтобы привести себя в порядок, смыть с себя запах выкуренных сигарет и паники. Я уверена, от каждого исходит едва уловимый запах страха, неуверенности в себе. С этим можно бороться. Душистая ванна и любимые духи помогут обрести уверенность и очарование. Главное не переборщить.
Я так тщательно приводила себя в порядок, что в какой-то момент задалась вопросом: к легкому ли флирту ты готовишься, милая? Слишком долго и придирчиво выбирала нижнее белье, долго решала, надеть ли мне легкий костюм цвета амазонской лилии — с некоторых пор белый цвет стал для меня любимым. Легкий макияж, персиковые румяна, подчеркнувшие загорелые скулы (для улучшения цвета лица солярий еще никто не отменял), сочный розовый блеск на губах с таким количеством перламутра, что казалось, перламутровая капля вот-вот капнет на грудь. Я даже ресницы не стала подкрашивать, потому что не так давно привела в порядок и ресницы, и брови. Волосы — последний штрих к портрету, более чем удовлетворяющему. Я чувствовала себя как никогда уверенно. Выглядела я прекрасно, радовалась тому, что для этого не приходится использовать тонны косметики.
То, что о своем свидании я никому не рассказала, придавала происходящему особую пикантность. Но вскоре мне пришлось убедиться, что все тайное рано или поздно становится явью. Особенно если речь идет о Варьке. Она позвонила ближе к пяти вечера. Издергавшаяся, я была рада отвлечься и поговорить с подругой. Мы обсудили погоду, стабильно жаркую, Алешу — его страсть к кулинарии и Варькины комплексы по этому поводу. Не упустили возможность посплетничать о Ладусе и ее странными, словно замороженными в воздухе отношениями с Эльдаром. Это было не похоже на Варю — долгий телефонный разговор. В какой-то момент у меня создалось впечатление, что она пытается меня подготовить, чтобы нанести неожиданный удар.
— Как тебе твоя новая-старая прическа? — поинтересовалась Варя.
— Я как на свет родилась! — честно призналась я, все еще находясь в приподнято-радостном ожидании реакции Лузгина на изменения в моей внешности. Длинные волосы — еще один повод для хорошего настроения. — Это было большой ошибкой — расстаться с тем, что тебе дорого.
— Ты ведь делала это ради любимого человека.
— Теперь я уверена, что нельзя полностью растворяться в своей второй половинке. Это чревато полной потерей собственного «я», — уже серьезно сказала я и замолчала. Может быть, я это где-то услышала. Может быть, придумала только сейчас, в любом случае, мне понравилось.
— Как я понимаю, ты решила заняться поиском своего потерянного «я» в компании очаровательного блондина? — Варя потрясла меня до потери пульса. Я грузно плюхнулась на диван, усилием воли удерживая трубку возле уха. Я чуть было не нажала кнопку «отключить», чтобы прервать разговор и дать себе минутку-другую для того, чтобы опомниться. Короткий смешок Варьки привел меня в чувство. — Ты не в обмороке, заговорщица?
— Уже в себя прихожу.
— Да? Я не надеялась на это.
— И что же?
— Мне бы хотелось, чтобы ты вырубилась на дольше и не совершила очередной глупости, — честно призналась Правдина. — Ты меня уже ведьмой назвала?
— Давно, — выдохнула я.
— Напрасно. Все проще, чем ты думаешь. Вчера я разговаривала с Ладой. Она мне рассказала о неком Платоне. Я поняла, что он появился на твоем горизонте в критический момент и не замедлит этим воспользоваться. Сексуально-озабоченная женщина — легкая добыча.
— Что ты такое говоришь? — Мне было неприятно это сравнение.
— Я говорю о том, что ваше гиперраздутое отношение к сексу до добра не доведет. Одна мается, все ищет, все прислушивается к зову плоти. Другая туда же. Вася, до каких пор ты будешь так управляема?! — Варька наступала по всей линии фронта. Она была так убедительна, что мне захотелось сразу же смыть румяна, блеск, стащить с себя костюм.
— Мною никто не манипулирует, — не допускающим возражения тоном сообщила я. — Я сама себе хозяйка. Именно поэтому я иду в ресторан. В этом нет ничего такого. Я даже Леве могу рассказать, что ужинала со своим знакомым. Он мне ничего на это не скажет!
Кажется, я погорячилась, но слово вылетело. Варька не упустила возможность вцепиться в меня всей пятерней.
— Замечательно, — ехидненько так протянула она. — Я бы хотела поприсутствовать при этом историческом моменте. Муж, которому в длинных волосах супруги мерещатся ее бывшие любовники, легко примет сообщение об ужине во французском ресторане! Пригласишь или для меня снимешь все скрытой камерой?
— Я все равно пойду, — заупрямилась я.
— Знаю. Поэтому советую тебе отказаться от говяжьей вырезки и предпочесть эскалоп из лосося, лучше в щавелевом соусе, — тон Вари изменился. — И еще — не пей много шампанского. Последнее время спиртное на тебя действует странным образом.
Она знала обо мне все. Вот почему мне было так трудно с ней общаться в периоды жизни. Меня удивляло, почему, когда мне так нужна ее помощь, она упрямо молчит, а когда я в ее советах не нуждаюсь, проявляет удивительную навязчивость. В этом вся Варька. Она испортила мне настроение, совершенно не думая о том, как я теперь себя чувствую. После того, как в ее жизни появился Алексей, Правдина как будто стала мягче. Она несколько с опозданием окунулась в нашу обыденность, наполненную сердечными волнениями, но все же Варька оставалась верна себе. Ничто и никогда ее не изменит. Она — кремень, который и вода не подточит. Всегда словно поливает тебя ледяной водой из ушата. Я решила проявить твердость. Мое решение — это только мое решение. Каждый должен пройти свой путь до конца? Я и иду, попрошу меня с него не сбивать!
— Варька, ты зануда, — чуть не плача произнесла я.
— А ты из тех, кто сам себе портит жизнь.