— Только в нашей стране нищие слушают Спивакова и читают Ницше, — торжественно произнес наш ученый секретарь Игорь Арсеньевич.
— Может, мне тоже спуститься в столовую и попросить: «Люди добрые, подайте на авокадо и “Рафаэлло”»? — съязвила Нинка.
Я молчала. Меня снова начало мучить любопытство. Кто же эта загадочная женщина? Кем она была раньше и почему сейчас, на старости лет, оказалась выброшенной на задворки жизни? Ответа не было. Приближалось время обеда, и я отправилась в столовую. Мне не терпелось посмотреть на загадочную старушку. Я обязательно познакомлюсь с ней и расспрошу о ее жизни. Наверное, будет покруче самых модных сериалов.
Она стояла на своем месте и просила «на хлебушек». Наши глаза встретились, и я поняла, что не посмею задать вопрос. В ее взгляде было столько силы и власти, что я, будто завороженная, ссыпала ей на ладонь все деньги, которые у меня были в кармане, и вернулась в отдел, так и не пообедав.
На следующий день старушка возле столовой не появилась. И через день ее место пустовало. Это заметили все наши сотрудники и не замедлили поделиться своими соображениями.
— А где же наша светская нищая? — спросила молодой специалист Светочка.
— Наверняка где-нибудь на встрече в верхах, — поддержала разговор Нинка.
— Надо сказать, что абсолютно напрасно она прогуливает — свято место пусто не бывает. Вдруг займет кто-нибудь? Та же Нинка, например, — сказала Татьяна Ивановна.
— Что ей, мало дырок на одежде, что ли? — Все засмеялись.
Так или иначе, но старушка больше не появилась. Каждый раз, идя на обед, я искала ее взглядом — и не находила.
Настало время отпуска, мы с сыном решили поехать на море. На вокзале была страшная толчея, но она была вызвана не суматохой отъезжающих, а каким-то происшествием. Подойдя ближе, мы увидели, как пожилую женщину санитары положили на носилки и понесли. Я сразу узнала в ней нашу нищенку. Я была поражена.
— Принцессу забрали, — грустно произнес старик бомж, провожая взглядом носилки.
— Почему Принцессу? Вы ее знаете? — спросила я.
— Она ни с кем не общалась, ничего не рассказывала. Вела себя не так, как все вокзальные. Она — дама. — Он произнес это таким тоном, что сомнений быть не могло: это о нашей старушке.
— А вы можете о ней что-нибудь рассказать? — Я никак не могла унять свое любопытство.
— Принцесса здесь недавно. О ней никто ничего толком не знает. Даже имя свое она не назвала. Всегда чисто одета, никогда не спала на скамейке. Она знала много языков. Я сам видел, как она разговаривала с какой-то иностранкой, и они понимали друг друга. Говорят, она была известной и богатой, — добавил он с гордостью.
— Но что она делала на вокзале? — Кажется, я спрашивала саму себя.
— Она всегда провожала поезда. Наверное, в одном из них уехали ее родные. И встречала поезда, надеясь, что они к ней вернутся… — философски заметил бомж.
Я с изумлением посмотрела на этого бездомного человека. И тут объявили посадку на наш поезд.
— Что же с ней случилось? — спросила я, хватая свои вещи.
— Наверное, ее благородное сердце не выдержало, — тяжело вздохнул мой собеседник и, не прощаясь, побрел прочь.
Всю дорогу мне не давали покоя мысли о бездомной Принцессе. Приехав на курорт, я первым делом отправилась на рынок и купила себе авокадо. Разрезала его на кусочки и принялась есть. Странно, но этот экзотический овощ почему-то имел вкус одинокой старости.
ТАРЕЛКА
Я живу в «бабьем царстве», с мамой и сестрой, причем мама — медсестра в больнице, а сестра — эстетка-поэтесса. Одна питается духовной пищей, а другая — остатками с больничной кухни. А я хочу денег, славы, любви — и побольше!
Моя семья меня не понимает и осуждает. Мол, чтобы чего-то добиться, надо упорно трудиться. Наивные! Я-то знаю, что квартиры и машины покупаются с одной сделки, а не с зарплаты. Короче, когда мне в газете попалось объявление, что ресторану нужны девушки на высокооплачиваемую работу (не интим!), я позвонила. Собеседование по телефону было недолгим. Я рассказала, что студентка пятого курса художественного института, что брюнетка с красивой фигурой, что работать могу только по вечерам, и меня попросили прийти для личной беседы.
Симпатичная стильная женщина средних лет весьма критично меня оглядела, потом улыбнулась и сказала:
— У нас довольно специфическая работа. Один из залов ресторана — японский. Мы хотим перенять все их традиции, и потому сейчас нам нужна «женщина-тарелка».
— ???
— На стол стелют скатерть, затем укладывают обнаженную девушку, ее тело закрывают зеленью, а сверху кладут суши, сашими, темаки. Иными словами, ее сервируют, как красивое блюдо. И гости угощаются прямо с тела. Но вы не волнуйтесь, у нас очень солидное заведение — никакого интима, никаких извращений.
— Вы знаете, пожалуй, я не готова, — сказала я растерянно.
— Не спешите отказываться, — мягко произнесла женщина. — Отказаться вы всегда успеете. Попробуйте один раз. Мы платим сто долларов за вечер плюс чаевые клиентов.
Сто долларов за пару часов! Была не была! Я согласилась.
— Вот и хорошо, — улыбнулась женщина. — Приходите завтра на дебют.
Своим домашним я ничего не сказала. Меньше знают — лучше спят. Я выросла в благополучной семье. Это в последние годы родители разбежались, а всегда, сколько себя помню, мой отец занимал пост на крупном предприятии, и я привыкла быть девочкой из приличной семьи. И вот теперь придется зарабатывать телом. «В конце концов, побуду пару часов как бы натурщицей», — решила я и поехала на работу.
Коллектив встретил меня доброжелательно. Меня помыли, причесали, загримировали под гейшу одели в кимоно и проводили в маленький уютный зал. Мягкий теплый свет, картины с иероглифами на стенах, посреди комнаты — низкий стол и вокруг подушечки.
— Раздевайтесь и ложитесь на стол, — велела работница кухни. — Я сейчас позову шеф-повара.
— А может, не надо?
— Надо, Федя, надо! — весело рассмеялась женщина.
Я скинула кимоно и в чем мать родила улеглась на белоснежную накрахмаленную скатерть. Мне почему-то стало очень холодно, и я — то ли от холода, то ли от страха — стала отбивать чечетку зубами.
Через несколько минут пришел молодой парень в белом халате. Я лежала распластанная на столе и чувствовала себя как курица перед разделкой.
Парень мило улыбнулся: «Так, девушка, не волнуйтесь, расслабьтесь и…»
— И получайте удовольствие. — Я не дала ему договорить.
— Не комплексуй, все будет хорошо, — успокоил меня молодой человек.
Это были те самые слова, которые я хотела услышать. Дрожь сразу прекратилась, и я стала с любопытством наблюдать, как вокруг суетятся люди в белых халатах, сервируя меня, словно блюдо. Сначала меня обложили зелеными листьями, а потом на эти листья стали аккуратно выкладывать японские деликатесы. Я лежала не шевелясь и боялась лишний раз вздохнуть, чтобы ничего не соскользнуло. Минут через двадцать я превратилась в настоящую поляну. Чего там только не было! И все это великолепие возлежало на мне в ожидании клиентов.